– Все началось с плановой музейной практики в СПбГУ, где я учился на филологическом факультете. Мы с приятелем попали в пушкинский Лицей, две недели выступали в качестве зрителей и слушателей, а затем получили задание подготовить экскурсию. Каждый из нас написал текст, в составлении которого нам помогали профессиональные методисты, а дальше надо было провести пару групп. Я тогда был очень зажатым, стеснялся абсолютно всего, и для меня выступление даже перед маленькой аудиторией было в некотором смысле подвигом. В результате пришлось буквально вызубрить составленный текст, поскольку об импровизации речи быть не могло – страшно было ужасно.
– Сколько длится стандартная экскурсия в Лицее?
– Около 40 минут, но произносишь текст всегда дольше, чем читаешь, так как существуют переходы из зала в зал, от экспоната к экспонату. Поэтому сам текст небольшой – страничек пять. Вначале мне дали группу из пяти человек. Когда я к ним вышел, все прекрасно видели, как я комплексую. Слава богу, мне разрешили держать заветный текст за спиной и позволили заглядывать в него. И хотя я ни разу этой шпаргалкой не воспользовался, наличие ее успокаивало. Вторая экскурсия прошла легче: я уже не только проговаривал текст, но и умудрялся отвечать на вопросы посетителей. Но после второго раза мне сказали: «Две экскурсии – это несерьезно: вы ничего не почувствуете и не поймете. Давайте-ка походите еще денька три». В итоге я водил уже группы человек по 40–50, научился получать удовольствие от этого процесса и даже вырос в собственных глазах: ведь с большими группами не каждый сможет работать. Например, надо при помощи тактичных, но недвусмысленных реплик суметь объяснить, чтобы экскурсанты не облокачивались на стенки, ничего не трогали, не делали резких движений.
– А что побудило вас устроиться на работу экскурсоводом?
– Следующим летом я решил подзаработать, вот и позвонил методистам с Мойки, 12, насчет вакансии в Лицее. За год, естественно, все забылось – пришлось заново учить текст. Но главное – зажатость свою я уже преодолел. Так я стал экскурсоводом-внештатником. Нынешний сезон для меня стал пятым по счету, а параллельно я заканчиваю аспирантуру.
– Чем ваша экскурсоводческая работа отличается от штатной?
– Я как внештатник приезжаю в Лицей по вызову, а штатные сотрудники работают 5 дней в неделю, с 10 до 17 часов, с плавающими выходными. Пришедший утром первым получает первую группу, второй – вторую и так далее. Максимально я успевал провести 5 групп в день и выматывался ужасно. Все это время – на ногах, плюс говорить нужно четко и внятно. Поначалу даже голос срывал, но позже научился некоторым упражнениям, чтобы не мучить связки.
– Это похоже на актерскую декламацию?
– Схожие элементы, конечно, есть. Экскурсоводу важно говорить громко, выразительно и желательно не «на автомате», а по-человечески, создавая у слушателей ощущение импровизации. Они же не знают, что я один и тот же текст проговариваю.
– Тяжело, наверное, повторять одно и то же десятки раз?
– На самом деле подготовленная экскурсия всегда объемней реальной, она как бы с запасом делается. Например, ведешь экскурсию, а перед тобой идет большая группа. Вроде договорил все в своем зале – что делать? Приходится как-то выкручиваться, что-то подольше рассказывать, какие-то темы добавлять. А если за тобой кто-то идет «как паровоз», то надо закругляться побыстрее. Содержание экскурсии зависит и от выражения лиц людей: например, вот этим совершенно необходимо рассказать, как Пушкин писал свое стихотворение про розу, а вот этим... что-то не хочется, какие-то они скучные. Очень непросто вести группы школьников, зато очень радостно бывает, если удается их «расшевелить» и они начинают задавать вопросы.
– Какое образование необходимо, чтобы работать музейным экскурсоводом?
– У тех, кто работает в Лицее, в основном филологическое или историческое. Но на Мойке, 12, есть курсы, куда зачастую приходят люди фактически «с улицы». Их выслушивают, и по окончании курсов они могут подготовить экскурсию и попробовать ее провести. Если методисты дают добро, то образование значения не имеет.
– Если не секрет, какие у экскурсоводов заработки?
– В Лицее небольшие (я получаю гонорар за каждую проведенную экскурсию), но штатники по выходным почти все подрабатывают на автобусных экскурсиях по городу и пригородам. А за это платят очень хорошо.
– Зачем же они работают в Лицее?
– Это интересно, увлекательно и, несмотря на рутину, полезно для личного развития. Тем более что экскурсоводы часто переходят из музея в музей, меняют тематику. Да и официального оформления для работающих на автобусных экскурсиях почти нигде не существует – для большинства это подработка, хотя и тяжелая: время никак не нормировано, и если автобус попадает в пробку, ты не имеешь права молчать ни секунды. Город надо знать великолепно, уметь подсказывать водителю, где проехать. Ведь если улица перекрыта, необходимо выбирать оптимальный маршрут не с точки зрения логистики, а вписывающийся в тематику экскурсии.
– Что самое сложное в вашей работе?
– Создавать иллюзию того, что все, о чем я рассказываю, буквально только что пришло в голову.
– Забавные случаи часто бывают?
– Регулярно. Как-то в Лицей пришла девушка-экскурсовод, которая проработала ровно неделю или две: «наше все» в ее устах звучало как «Александр Сергеевич Пустькин». Ее группы и бабушки-смотрительницы повеселились на славу, зато и она поняла, что работа экскурсовода и шепелявость несовместимы. А один мальчик вообще поставил меня в тупик: подошел после экскурсии и произнес: «Можсфотькомпушкин?». Только с пятого раза я понял, что он спрашивал разрешения сфотографировать комнату Пушкина.
Беседовал Иван МИХАЙЛОВ
Использован материал с сайта vacansia.ru
|
550026397
